19.10.2011
Сын Ходорковского

Сын Ходорковского: пока Путин у власти – отец будет в тюрьме

На днях сын Михаила Ходорковского Павел дал интервью, в котором поделился своим мнением о будущем отца и прокомментировал недавнюю скандальную публикацию немецкой прессы о миллионах Ходорковского на счету одного из швейцарских банков.

– Павел Михайлович, как Вы живете последние годы и что делаете, что бы помочь своему отцу?

Последние несколько лет я пытаюсь как можно больше помогать отцу его борьбе за справедливость и свободу. И часть того, что я делаю – это общение с прессой и встречи с членами правительства различных государств, чтобы заручится поддержкой.

В Лондон я прилетел из Варшавы, где учувствовал в дискуссии на презентации фильма Кирилла Туши «Ходорковский». А в Лондоне я встречаюсь с членами парламента, чтобы заручится их постоянно продолжающейся поддержкой в деле моего отца.

– Существует такая точка зрения, и вы наверняка о ней знаете, что Ваш отец будет находиться в тюрьме столько, сколько во главе России будет находиться Владимир Путин. Вы разделяете эту точку зрения?

– К сожалению – да. После приговора, который был вынесен во втором деле моего отца 30 декабря 2010 года стало очевидно что Путин возвращается к власти в «президентском» 2012 году. А значит, будет стараться удержать моего отца за решеткой максимальное количество времени. Скорей всего мой отец будет находиться в колонии столько же времени, сколько Путин будет находиться у власти.

– То есть, как становится понятно из ваших слов – перспективы лично для Вас выглядят безрадостно?

– Перспективы безрадостные, но это не значит, что я и моя семья теряем надежду. Надежда есть, и прежде всего, она возложена на российское общество. Я считаю, что в ближайшие пять лет, общество будет требовать от правительства перемен и есть средний класс людей, которые хотят дальше развиваться – они хотят карьерного роста, они хотят жить лучше. И они понимают, что эта коррумпированная система, которая на сегодняшний день существует в России, стоит у них на пути. И в ближайшее время это недовольство выльется в осязаемое требование перемен. И в таком случае у Владимира Путина будет два варианта: либо удерживать ситуацию под контролем силовыми методами, что нежелательно, поскольку скорей всего прольется кровь; либо, пойти на уступки обществу и вернуть те демократические ценности, которые были за последние десять лет отобраны, а потом продолжать с демократическими реформами.

– Павел, Вы уехали из России в 2003 году, и это приблизительно совпало с началом уголовного преследования вашего отца и его ареста. Вы его с того времени, как я понимаю, ни разу не видели. Как Вы с ним поддерживаете связь? Перемешиваетесь письмами? Когда получали последнее письмо от отца и что он в нем пишет, если это не секрет конечно?

– Должен сказать, что произошли позитивные изменения. Действительно, последние семь лет мы в основном переписывались и общались через родных и близких - когда моя бабушка с дедушкой ходили к нему на свидание, когда моя мама ходила в суд. Но с момента перевода моего отца в колонию в Республике Карелия, на севере от Санкт-Петербурга, у него появилась возможность пользоваться телефоном и один раз в неделю, каждую субботу он имеет возможность звонить своей семье. И я могу сказать, что он позвонил мне уже несколько раз, и мы с ним очень хорошо пообщались, что, конечно, безмерно меня порадовало. При разговоре, отец, прежде всего, интересовался тем, как идут дела у меня в семье, поскольку у меня уже есть жена и ребенок, с которыми я живу в США и руковожу собственной компанией. Поэтому ему также было интересно как идет мой бизнес. Так что в основном говорю я.

Я несколько раз, конечно же спрашивал, как у него дела. Но он в основном отшучивался и говорил, что дела у него «лучше всех» и добиться от него каких-то описаний жизни в тюрьме практически невозможно. Мой отец всегда настаивает на том, что у него все хорошо и никогда не жалуется на теперешнюю ситуацию.

– Не могу Вас не спросить. Наверняка Вы знаете о публикации одного из немецких изданий о том, что на счетах швейцарского банка были якобы обнаружены 13 миллионов евро, принадлежащих вашему отцу и его членам семью – то есть и Вам тоже. Что можете сказать по этому делу и как можете прокомментировать эту информацию?

– К сожалению, каких-либо детальных комментариев я Вам дать не могу, поскольку никаких дел в этой связи на моего отца заведено не было и никаких официальных заявлений от банка мы не получали.