09.09.2012
Свободу Сирии

Существует ли рабочий класс в России?

Сейчас многие уверены в том, что мы живем в революционную эпоху. Одни, посмотрев на недавние арабские революции, говорят, что революционный процесс в России уже идет. Другие же наоборот уверены, что его нет, а третьи видят лишь некоторые предреволюционные ситуации.

Но, так или иначе, о каких-то революционных событиях говорят постоянно, из-за чего возникает вопрос характерный не только для марксистской теории, но и вообще для любой теории революции и теории социальных преобразований – а где, собственно, тот класс людей, который заинтересован в этом преобразовании?

По старой традиции все смотрят на рабочий класс и задаются вопросом «А где российский рабочий класс? Ведь его вроде, как и нет». Другие же наоборот уверены, что он есть, но просто многие его не видите. Тут же появляются мнения, что тот же офисный планктон – это тоже рабочий класс. Или наоборот, что рабочих не так уж и много, но зато это такие люди, что еще всем нам покажут, когда придёт время и выйдут на улицы суровыми колоннами.

Рабочий на заводе
Один из представителей российского рабочего класса.

Но как показало время, сами рабочие по этому поводу не очень-то переживают. И это спор больше для интеллектуалов, который мало затрагивает самих рабочих, аполитичных по своей сути. У них очень много проблем и вопросов, очень большая потребность в социальном действии, но совершенно вне этой абстрактной интеллигентской дискуссии.

Что мы видим, когда начинает общаться с активистами, скажем, свободных профсоюзов, которые реально на предприятиях ведут свою борьбу? То, что у них совершенно иная постановка вопроса. Лидеры рабочих разговаривают совершенно по-другому и говорят они, как правило, также о другом.

Но если вернутся к теории, то выясняется, что все действительно немножко запутано. Ведь с одной стороны мы говорим об исчезновении рабочего класса, что доказывают бесконечными статистическими таблицами, которые наглядно показывают, сколько было рабочих в Великобритании, США или России еще вначале 90-х и сколько теперь - и да, мы видим стремительное падение.

Но тут же, аналогичные таблицы с данными по Китаю, Индии, Индонезии, Малайзии, Тайланду и т.д., показывают стремительный рост рабочего класса в этих странах. То есть если взять мировой экономический процесс и сравнить глобальные цифры, то выясняется, что никогда в мире не было столько промышленных рабочих как теперь – одним словом, произошла реиндустриализация целых регионов мира, которые раньше были не индустриальными и соответственно рабочих в них было очень мало.

Индонезийские рабочие
Рабочие на одной из фабрик в Индонезии

Но если мы посмотрим на такие страны как России и Западная Европа, то сразу возникает еще один вопрос: как так получилось, что рабочих стало меньше, но их сейчас всё равно больше в относительных цифрах, чем было во времена того же Ленина, например. Вспомним, сколько промышленных рабочих было в России в переломном и революционном 1917 году – порядка трех миллионов человек. Это большой показательно, но для страны с тогдашним населением в 100 миллионов человек, это очень небольшой процент. Несомненно, в современной России рабочих больше.

И тут становится понятно, что проблема не в численности, а в социально-демографической структуре и в той конфигурации общества, которую мы имеем и которая действительно существенно изменилась. Также изменилась экономическая география, когда рабочие были сосредоточены в крупных центрах – как правило, там же, где находились правительства. Если взять Петербург начала XX столетия, то там были и правительственные здания и дома князей и заводы с фабриками.

Получалось, что толпа разъярённых рабочих буквально за полчаса могла дойти до какого-нибудь государственного здания. Сейчас же рабочие находятся подальше, и их путь к правительственным зданиям займет явно больше времени. Таким образом, произошло некоторое разуплотнение, а сам рабочий класс расслоился на очень много групп с разным типом труда, заработной платой, психологией, культурой и т.д. То есть можно сказать, что рабочий класс стал более рыхлым из-за отсутствия прежнего уровня солидарности.

Петроградские рабочие на демонстрации
Демонстрация рабочих Петрограда летом 1917 года (между двумя революциями).

Также социально-демографическая структура другая еще и потому, что в России очень много пожилых людей, у которых совершенно другой социальный опыт, нежели у молодых людей, многие из которых активно вступают в свободные профсоюзы.

Всё это создало ситуацию, когда рабочий класс стал гораздо меньше похож на тех рабочих, которых мы видели в старых фильмах и марксистских хрестоматиях. Но это не означает, что в определенный момент он не сможет сыграть большой политической роли.

Проблема в том, что современный рабочий класс не может сыграть какую-то значимую роль, опираясь исключительно на самого себя. Дело в том, что он не может консолидировать свой внутренний интерес и даже осознать свои же внутренние задачи, иначе как действуя в каком-то более сложном процессе, где придётся взаимодействовать с другими социально-культурными и политическими элементами.

Российские шахтеры
Большинство шахтеров, вынужденных работать в ужасных условиях за мизерную заплату, если и отстаивают свои права, то под предводительством комитетов и организаций, которые возглавляют преимущественно представители среднего класса.

В этом нет ничего странного, потому что на самом деле межклассовые коалиции были всегда. Никто ведь в наше время не будет спорить с утверждением, что большевики пришли к власти не только при поддержке рабочих, но и при помощи некой части средних слоев населения.

В этом, с одной стороны некий парадокс современной эпохи, когда для консолидации собственного интереса и понимания своих же задач, требуется общаться с другими. Но с другой стороны это удивительно интересная эпоха, которая открывает совершенно невероятные возможности. В том числе и демократические, потому что сейчас возникает такая ситуация когда интровертная политика невозможна, а возможна только такая политика, которая втягивает в себя достаточно широкие слои.

Такая политика всегда опирается на постановку общественно-значимых вопросов, которые значимы для намного большего круга людей, чем только для тех, которые составляют костяк какой-то социальной группы. И эта ситуация, по мнению многих экспертов, породила огромные возможности именно для демократического развития России.