21.10.2011
Эксперт анализирует информацию

Почему ошибаются эксперты?

Было очень интересно наблюдать, когда рубль упал и одновременно большинство экспертов дружно сказали – «он не должен был этого делать». Еще бы, ведь рубль их так подвел и фактически обманул.

В жизни одного из экспертов был случай, когда после проделанной операции, случился рецидив и врач страшно обиделся на эксперта или даже на его болезнь и сильно на неё ругался, потому что она дала рецидив, которого не должно было быть.

Точно таким же образом российские эксперты поступили с экономикой – «вот она не должна была себя так повести, но повела и это же просто безобразие». Примерно так по-детски выражались эксперты, которые ошиблись в своем прогнозе.

Порой эксперты даже пытаются уговорить реальность – можно услышать своего рода заклинания: «ничего же не будет», «все же в порядке», «этого не должно быть» и создается впечатление, что они пинают реальность и саму жизнь, которая должна вернутся туда, где она должна быть по их представлению.

Почему так происходит.

Во-первых, сказать, к примеру, что рубль ведет себя не так, как мы предсказывали – на самом деле, должно значить, что их предсказания были не верные. И они, как минимум, чего-то не учли и это надо честно признать. И нежелание экспертов признать тот факт, что они где-то ошиблись, является первой проблемой, с которой мы сталкиваемся.

Но на самом-то деле, эксперты должны ошибаться, ведь невозможно делать прогнозы, которые абсолютно верны всегда. Экспертное мышление в России и на Западе сегодня однотипно – оно линейно. Это то же самое позитивистское мышление, когда человек не верит в диалектику и противоречия реальных процессов.

Вы видите какой-то процесс и полагаете, что он будет продолжаться. К примеру: цена на нефть растет – это значит, что завтра цена буде выше, а послезавтра еще выше, чем завтра. Но на самом деле это может означать прямо противоположное: нефть подходит к пику после которого цена обвалится. Какие можно сделать из этого выводы? Вам нужно рассматривать весь комплекс явлений и их взаимодействие, а не только линию событий. Причем надо учитывать еще одно обстоятельство – нужно оценивать не только экономику, но также нужно оценивать и общество.

Наши же экономисты упорно делают вид, что общества вообще не существует и все экономические процессы происходят в некоем «безвоздушном пространстве», в то время как они на самом деле реализуются через социальные институты. И эти институты сами по себе являются важнейшим экономическим фактором.

Эксперты бывают разные

В этом смысле постоянные жалобы, что потребитель ведет себя не так, не то почему-то покупают, что было запланировано и вот мы эксперты рассчитали так, а произошло по-другому – выглядят, не то, что не профессионально, а даже смешно.

Особенно интересно выглядит экспертный анализ, который по срокам дает совершенно другую картину, чем в действительности, потому что не учитываются люди. Именно потому, что эксперты давали свои анализы, не учитывая, что люди эти анализы читают и соответственно эти прогнозы знают – это пресловутый эффект «вороньей слободки».

Именно это и произошло недавно с падением рубля и с падением целого ряда других валют, а также цен на нефть, золото и т.д. Люди не настолько глупы, как полагают эксперты и они читают их же анализы и прогнозы и знают, что деньги в системе заканчиваются, что федеральная резервная система больше не будет их печатать. А еще они знают прогноз, который уже более-менее циркулирует и говорит о том, что где-то до весны система еще продержится.

Что делают трейдеры дальше? Прочитав этот прогноз, они делают вывод, что надо вывести деньги с активов до весны и это надо делать прямо сейчас. И таких трейдеров очень много и все они тут же в один момент ринулись изымать средства из активов, в которые вложились ранее. Таким образом, прогноз экспертов сам сработал на некий социальный эффект.

Поэтому надо понимать, что сам прогнозирующий эксперт является частью не объективной абстрактной экономики, а самого общества, в котором он живет с другими «действующими лицами».

Эксперт экономист делает прогноз на будущее

И наконец, последнее обстоятельство – это политика, которая предполагает одну очень важную вещь: политики рано или поздно вынуждены нести ответственность за собственные действия, слова и поступки. И тут возникает самое неприятное, поскольку на самом деле тот курс, который проводился на протяжении последних 20-и лет, как раз и является основной причиной кризиса. И начать бороться с кризисом всерьез – значит, признать, что нужно резко развернуть политический, экономический и социальный курс развития страны.

Так же параллельно существуют человеческие интересы тех людей, с которыми работает политик. Потому что развернуть политику – это не значит просто написать какие-то новые правила – в первую очередь это означает, что пострадают определённые бизнес группы, которые раньше выигрывали. А эти группы зачастую являются друзьями, союзниками и партнерами политика, который способен изменить курс.

Так же могут пострадать какие-то структуры, и значит надо менять правила игры. А это уже не абстрактные вещи, а конкретные институты и организации, где работают люди, на которых тот самый политик опирается. Поэтому в результате все правители пытаются изо всех сил продолжать старую политику даже тогда, когда понимают, что она губительна для страны, таким образом, загоняя себя в ловушку. И чем больше они проводят эту политику, тем хуже и чем более понятны всем последствия, тем труднее признать, что она неправильна. И что остается делать власти? В какой-то момент выйти и объявить всем «Всё, что мы делали последние годы – это беда, катастрофа и несчастье» – естественно этого никто никогда не сделает.

И когда такая политика уже становится комичной, то на помощь приходят недобросовестные эксперты, которые уверяют всех, что политика правильная и все так и должно быть. А вскоре политики обращают внимание масс на мнение экспертов, а те в свою очередь на то, что наблюдается консенсус политиков, в рамках которого якобы очевидно, что их позиция абсолютно правильна. И так будет продолжаться до тех пор, пока не наступит катастрофа.